М. К. Башкирцева принадлежала к богатому аристократическому роду. Родилась она 11 ноября 1860 года в имении Гавронци, близь Полтавы. Отец ее _ предводитель местного дворянства, мать _ урожденная М.С. Бабанина _ принадлежала к древнему роду, ведущему свое происхождение от татарских князей. После двухлетнего супружества родители девочки разошлись, и она оказалась на попечении деда С. Бабанина _ блестяще образованного человека, англомана, не лишенного поэтического дарования , поклонника Байрона.

В 1870 году М. К. Башкирцева уезжает во Францию, и местом ее постоянного жительства становится Ницца. Художница откровенно признается, что родным языком владеет “только для домашнего обихода”, тогда как думает и пишет она по-французски. Россию она посещает трижды и лишь как гостья. В 12-13-летнем возрасте в ней формируются те внутренние силы, которые побуждают ее эмоциональную, восприимчивую натуру к активной деятельности, и на этой почве рождается личность с глубоким чувством собственного достоинства и внутренней свободы. Как она сама признается, на первом месте в ее характере “безумное тщеславие… - мой дьявол, мой Мефистофель”. В 12 лет она записывает в своем дневнике с детским максимализмом: “Я создана для триумфов. Слава, популярность, известность повсюду _ вот мои грезы, мои мечты…”. На втором месте _ мистически обостренное чувство времени: “жизнь так прекрасна и так коротка!… если я буду терять время, что же из меня выйдет!”.

И, наконец, вполне осознанное стремление к образованию: “Я взялась за распределение часов своих учебных занятий. 9 часов работаю ежедневно,” - дисциплиниру ет себя юная Башкирцева, и тут же четко обозначает перспективу: “Окончив детское учение, я буду серьезно заниматься музыкой, живописью, пением. У меня есть талант ко всему этому, и даже большой!”.В эти же годы проявляется ее способность к самостоятельным наблюдениям, образному, подчас афористическому суждению. 12-летняя девочка записывает в дневнике: “… когда ни с кем не говоришь о том, кого любишь, это любовь как будто сильнее: это точно флакон с эфиром, - если он закупорен, запах силен, если же оставить его открытым, он улетучивается”. В дальнейшем эти свойства высокоодаренной натуры развиваются, явив русской культуре уникальное художественное явление, каким стала М. К. Башкирцева.

Основа образования М. Башкирцевой составили классическая и современная литература и искусство. Она легко освоила помимо французского языка латинский и греческий, итальянский и английский языки, читая лучшие образцы литературы в подлинниках. В 13 лет она читает “любезного друга Плутарха”. В 15, убежденная, что “...нет ничего лучше, как занятый ум”, она знакомится с трактатами Горация и Тибула, Ларошфуко и Лабрюера, Платона и Савонаролы, Тита Ливия и Ариоста, произведениями Данте и Шекспира, прямодушно заявляя: “Философские книги потрясают меня”. В 17 лет она не без гордости заявляет, что знает Аристофана, Плутарха, Геродота, отчасти - Ксенофонта, Эпиктета, отлично -
Гомера, древнюю и французскую историю.

Увидев столь феерический список блистательных имен, дополненный, к тому же, любимыми писателями -современниками, среди которых Коллинз, Диккенс, Дюма, Бальзак, Флобер, Гоголь и многие другие, а еще разные энциклопедии и работы по физике, читатель, естественно, понимает, откуда исходит та органичность и глубина разнообразных самостоятельных суждений и умозаключений молодой Башкирцевой. Любознательный читатель найдет в дневнике М. Башкирцевой интересные высказывания о любви и браке, о религии, душе и Боге, о жизни и смерти, о счастье и несчастье, о нравственных ценностях и, конечно, собственное понимание сути изобразительного искусства. Многие из ее высказываний актуальны и сегодня. Не о нашем ли времени записано в дневнике за 1884 год: “...что касается газет и журналов — я просто не могу прочесть трех строк, не возмущаясь до глубины души и не только из-за этого кухонного языка, но из-за идей их... ни слова правды! Все условлено или оплачено!”

Книги и художественные впечатления, полученные во время путешествий, при посещении самых блистательных европейских музеев и галерей многих городов Европы, будоражили воображение, обогащали эмоции, развивали восприимчивый ум. Правда, сама Башкирцева считала: “Что действительно заставляет созревать, развивает, изменяет — так это несчастье или любовь. Если бы я гналась за остроумием, я сказала бы, что это синонимы...” Ей ясна и цель жизни. Главное, “устоять на верном пути и... не упустить из глаз блестящую звезду, к которой я иду”.

Наделенная разнообразными дарованиями и невероятным трудолюбием, она довольно рано становится искусной музыкантшей, владеет разными инструментами: фортепиано, органом, арфой, мандолиной, гитарой. Башкирцева — обладательница прекрасного голоса “в три октавы без двух нот”. Ее влечет мечта покорить мир вокалом, стать мировой знаменитостью и “занять положение между людьми и богом”. “Жить для того, чтобы плесневеть где-нибудь в семейных добродетелях” — это не для нее. Ее страстное стремление — “сразу жить семью жизнями, ...тогда можно достичь чего-то неправдоподобно великого, а если это не может осуществиться, лучше уж умереть...”

Однако жизнь повернулась к ней жестокой, немилосердной стороной, лишив сначала голоса из-за хронического воспаления гортани, а возможно, горловой чахотки, а затем и слуха. С 17 лет М. Башкирцева стала воспринимать звуки “словно через вуаль”. Болезнь угрожающе прогрессировала, вселяя ужас стать “калекой, нуждающимся в помощи и содействии своих, в деликатности чужих”. Тогда “свобода, независимость — все кончено”. Юную девушку спасают сила воли, огромное жизнелюбие, “порывы к великому”. Искусство теперь “...составляет единственный смысл и двигатель жизни”.

Первые уроки рисования Мария Башкирцева получает в десятилетнем возрасте, а с 12 лет они приобрета ют систематический характер. С осени 1877 года художница приступает к занятиям в частной академии Р. Жулиана в Париже, пользовавшейся репутацией лучшей художественной школы для женщин. Своими недюжинными способностями она покоряет преподавателей, делая успехи, “каких обычно не ждут от начинающих”.

В своем дневнике Башкирцева приводит мнение Р. Жулиана, высказанное ее матери: “Я думал, что это каприз балованного ребенка, но я должен сознаться, что она действительно работает, что у нее есть воля и что она хорошо одарена. Если это будет продолжаться, то через три месяца ее рисунки могут быть приняты в Салон”.

Уже весной 1878 года Башкирцева участвует в первом для себя конкурсе учащихся Академии, завоевав третье место. С тех пор она — постоянная участница ежегодно проводимых академических конкурсов. В 1879 году она завоевывает медаль. С 1880 года, сперва под псевдонимом, Башкирцева принимает участие в знаменитых ежегодных художественных Салонах.

Первой работой для этой выставки был портрет “Молодой женщины, читающей Ал. Дюма”. На Салоне 1881 года жюри присудило ей второе место за картину “Мастерская Жулиана”, и, неизменно требовательная к себе, в 1882 году она констатирует: “Я всецело предалась искусству... Я начинаю обращаться из ремесленника в художника...” В 1883 году Башкирцева представляет для Салона две картины — “Парижанка” и жанровое полотно “Жан и Жак” уже под собственным именем. Теперь помимо награды, о чем она узнает из газет, Башкирцева получает похвальные отзывы не только во французской, но и в русской прессе. Опубликованная летом 1883 года статья о творчестве художницы и репродукция с ее картины, помещенная на первой полосе престижного издания “Всемирная иллюстрация”, удовлетворяют самолюбие художницы. “Благодаря тому, что русская пресса обратила на меня внимание, кажется, и все понемножку заинтересовались мной...”

Представленные на очередной Салон работы — изящный пейзаж “Осень” и жанровая картина “Митинг” приносят художнице долгожданную известность. Две ее работы — “Митинг” и “Портрет натурщицы” — были приобретены французским правительством для Люксембур гского музея в Париже, известного собранием лучших произведений новейшей школы живописи. Из русских художников М.К. Башкирцева единственная удостоилась этой чести.

“После открытия выставки не было ни одного журнала, который бы не говорил о моей картине, — отмечает в дневнике художница. - И это настоящий, подлинный успех”. О ней говорят, ею интересуются. “Какое счастье! Просто не верится этому, хотя... я так желала и ждала...” — запись, оставленная в мае 1884 года.

Но судьба жестока и неумолима... Она знала, предчувствовала, говорила себе, что “...предстоит страдание и смерть именно тогда, когда все могло бы уладиться”. На пороге славы ее ждала... Смерть.

Каким тонким внутренним чутьем нужно обладать, чтобы предвидеть с вою судьбу … Тринадцатилетней девочкой М. Башкирцева осознает, “что желание жить на всех парах есть признак недолговечности”. С 15-ти лет мысль о смерти постоянно занимает ее ум, и причина здесь, видимо, в первых признаках подступающей болезни: она испытывает боль в груди при пении, приступы кашля. В мае 1876 года Башкирцева записывает в дневнике: “Три дня тому назад у меня появилась новая идея — что я скоро умру; я кашляю...”. В июне обнаруживается кровохарканье. И для ее пытливого ума смерть превращается в предмет для размышлений. Она то восклицает: “Я хочу умереть...”, “Я не боюсь смерти...”, то почти с отчаянием: “Умереть?...Это было бы дико...”, “Умереть! Я так боюсь”. Или с полным самообладанием трезво рассуждает: “...меня не пугает смерть... А если нет ничего после смерти?... Тем более нечего бояться...” (июнь 1879 года).

В декабре 1882 года, когда не остается сомнений, что у нее чахотка, в дневнике появляется такая запись: “Я... скоро умру, это не могло так продолжаться, не могла долго продолжаться эта жажда, эти грандиозные стремления”. В один из дождливых дней в марте 1884 года ей особенно нездоровится и она пишет: “Я хотела бы... умереть... чтобы изведать последнюю тайну, этот конец всего или божественное начало”.Вскоре, делая этюды к картине для будущей выставки, Башкирцева, по всей видимости, простудилась, хотя очень опасалась такого поворота событий. Трагическая развязка стала не
избежной. Умерла М.К. Башкирцева 31 октября 1884 года, за 12 дней до своего 24-летия, и была похоронена на кладбище Пасси.

В 1885 году по инициативе французского общества женщин-художниц была устроена посмертная выставка М.К. Башкирцевой, на которой помимо уже известных французскому зрителю работ были показаны новые, выполненные за последние два года жизни. Всего на выставке было представлено около 150 картин, эскизов, рисунков, скульптурных этюдов — незадолго до смерти М. Башкирцева увлеченно осваивает этот новый для себя вид искусства. К выставке был издан каталог ее произведений.

К сожалению, из работ художницы до нас дошли считанные единицы, в частности, в Русском музее хранится семь ее полотен. Большая часть работ Башкирцевой была отправлена родственниками на родину, в семейное имение под Полтавой, и погибла в начале Второй мировой войны.

В 1887 году на средства голландских художников в Амстердаме была организована выставка М.К. Башкирцевой, в Париже кружок русских художников учредил поощрительную премию имени М. Башкирцевой.

Примечательно, что свою первую книгу стихов “Вечерний альбом” М.И. Цветаева посвятила М.К. Башкирцевой, с которой лично не была знакома. И это лучшее свидетельство воплощения искреннего стремления художницы “остаться на земле во что бы то ни стало”.

А. Н. Краснова, Научный сотрудник Государственного Русского музея

ссылки:
http://www.geocities.com/mbashkirtseff/
http://ndolya.boom.ru/bashk/
http://www.peoples.ru/art/painter/bashkirtceva/
http://ndolya.boom.ru/bashk/bashkimg.htm
http://perso.wanadoo.fr/marie.bashkirtseff/
http://www.artyst.net/B/Bashkirtseff19/Bashkirtseff.htm